Вход / Регистрация

Борьба за голоса залогового кредитора: новое решение ВС РФ, или почему иногда полезно знать практику ВАС РФ.

12 августа 2016

Free Image Hosting at FunkyIMG.com

Как-то в году этак в 2010 довелось мне на страницах печати недоумевать, почему в наших судах так распространилась нелюбовь к залогодержателям при банкротстве в вопросах голосования на собрании кредиторов.

С одной стороны, законодатель ввёл какой-то странный запрет залоговым кредиторам голосовать в конкурсе. Сейчас он его существенно смягчил, кстати говоря, но далеко не так, как надо. По многим вопросам залоговый кредитор всё равно лишён права голоса, и понять – почему же? – бывает довольно сложно. Но раньше было ещё жёстче – нет у тебя права голоса и всё. Иди перечитай ещё раз самую любимую отечественную латинскую поговорку (про дуру и лекс), в ней всё сказано...

С другой стороны, суды приняли этот странный закон к безусловному и пунктуальному исполнению, без какого-либо ограничительного толкования и поблажек для залогодержателей.

Попытку переломить складывающуюся судебную практику предпринял ВАС РФ. Сначала в 2011 году, в знаковом постановлении Президиума № 18262/10 от 26.04.2011 г. был сделан вывод о том, что залоговый кредитор может выбрать, как ему устанавливать свои требования, если у него имеется и денежное, и залоговое (т.е. вытекающее из договора залога) требование к должнику: он может всё требование попросить установить как обеспеченное залогом, а может установиться только в размере стоимости заложенного имущества. А в оставшейся части его требование будет условно отражено в реестре как незаложенное, но если вдруг выручки от реализации заложенного имущества окажется так много, что она превысит сумму, которая была обозначена в реестре как обеспеченная залогом, то остаток пойдёт всё-таки на удовлетворение требований залогового кредитора, которые вроде бы значатся уже в реестре как необеспеченные залогом.

Это важнейшее дело, которое, видимо, просто никто не помнит. Ни стороны, ни судьи. И это очень жаль.

Следующее дело было не столь интересное и более простое. Речь про постановление Президиума ВАС РФ от 17 апреля 2012 г. N 14021/11.

В этом деле залоговый кредитор, чтобы получить голоса на собрании кредиторов в конкурсном производстве, решил схитрить. Он уступил часть своего денежного требования, но залог цессионарию не отдал. Цессионарий тем самым стал незалоговым кредитором и получил возможность выйти из-под странного регулирования по поводу ограничений на голосование залогового кредитора в конкурсе. Но как бы не так, суды не стали его из-под этого регулирования отпускать. И это не единичные были случаи, я знаю, что таких было много, именно поэтому и заявил выше идею о том, что суды демонстрируют какую-то фанатичную приверженность странному правилу закона, занимаясь не просто буквальным, но даже расширительным толкованием. Три нижестоящие инстанции сказали, что сделка уступки ничтожна, т.к. она приводит к изменению порядка и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов (мол, если попал в реестр как залоговый, и теперь не голосуешь, то и продавай своё требование только как залоговое и вырваться из-под такого режима не пробуй).

Президиум с недоумением сказал судам в постановлении: откуда вы это взяли? Если хочет залоговый кредитор лишиться залога, а цессионарий готов купить требование как не обеспеченное залогом, так ради бога. Пусть идут с миром.

На самом деле, эта схема более слабая, чем та, что была предложена Президиумом по делу № 18262/10 в 2011 году, т.к. она предполагает поиск аффилированной структуры, на которую будет передаваться необеспеченное требование, а главное – уступленное требование бесповоротно оказывается необеспеченным. Если вдруг заложенное имущество будет продано дороже, чем оставшаяся обеспеченной залогом часть долга, то остаток уйдёт в конкурсную массу, цессионарий ничего не получит. А в первой конструкции, мы помним, что якобы незалоговый кредитор (по реестру) получал удовлетворение как залоговый.

И вот теперь третье дело, уже в Верховном Суде. Смотрим определение СКЭС ВС РФ от 01.08.16 № 308-ЭС15-6280 по делу № А32-29459/2012.

Кстати, это дело имеет прямое пересечение по своей фабуле с постановлением Президиума ВАС РФ 2012 года, поскольку и в том деле тоже, прежде чем заняться воплощением конструкции уступки, залоговый кредитор попытался установиться в реестре требований кредиторов как незалоговый в части требования, превышавшего стоимость заложенного имущества. У него это не получилось и он не стал ничего обжаловать, пойдя в обход (т.е. запустив уступку).

В деле, которое попало в Верховный Суд, было так же. В деле о банкротстве вся сумма требований банка к должнику-заемщику сначала была включена в реестр как обеспеченная залогом. После открытия конкурсного производства банк подал в суд заявление о внесении изменений в реестр: банк хотел отказаться от осуществления прав залогодержателя в отношении части своих требований. Общая сумма залоговых требований банка, включенных в реестр, превышала 1 млрд рублей, а отказывался банк от прав залогодержателя в отношении требований на 264 млн рублей. Банк рассчитывал, что, утратив залоговые права в отношении части своих требований, он сможет применительно к этой части требований (на 264 млн рублей) осуществлять права обычного кредитора, то есть голосовать на собраниях. Верховый Суд не усмотрел в действиях залогового кредитора никакого нарушения, попутно отклонив ряд доводов апелляционной и кассационной инстанции, которые здесь не будут разбираться во избежание неконтролируемого роста артериального давления у автора блога.

Подробнее об этом деле читайте в посте ИЦЧП, который написала Е.Яковлева в Фейсбуке.

Для меня важно другое. Да, здравый смысл по конкретному делу восторжествовал. Спасибо судьям Верховного Суда. Но почему дела Президиума ВАС РФ никто не помнит? Прошло-то всего 4-5 лет. Ладно суды, но почему на них стороны не ссылаются?

Нашли бы дело 2012 года – из него очевидна воля Президиума не препятствовать залоговому кредитору от отказа части своих прав как залогового. Кстати, вещное право – а залог именно таков, - как право абсолютное прекращается односторонним отказом правообладателя, а не прощением долга (по сути своей договором), как прекращаются права обязательственные. Поэтому на мой лично взгляд зря в определении СКЭС ВС РФ сослались на ст.450.1 про отказ от договора. Да, залог порождён договором, но прекращается он не по правилам о прекращении договорных обязательств.

А если бы нашли дело 2011 года (моё любимое дело по залогу в банкротстве после Пленума № 58 2009 года), то сразу бы установились на 264 млн. меньше как залоговые, а в остальной части вошли бы в реестр как необеспеченные и голосовали на собрании в своё удовольствие.

Так что учиться даже старой практике никогда не поздно. Я семь лет комментировал правовые позиции Президиума ВАС РФ по банкротству в соответствующих сборниках под ред. А.А. Иванова (с 2004 по 2010 гг.). Все сборники, кроме последнего, есть в Консультанте. А последний существует только в бумажном виде. Можно написать в лексториум и вам подскажут, как его приобрести. Распродаются последние экземпляры. Там было мной прокомментировано четыре банкротных дела, три из них архиважные и практикообразующие.

Так что собирайте информацию. Тем, кто это не делает, порой помочь может только Верховный Суд…

[1] Егоров А.В. Залог и банкротство: актуальные вопросы. В кн.: Несостоятельность (банкротство): Научно-практический комментарий новелл законодательства и практики его применения / Под ред. В.В. Витрянского. – М.: Статут, 2010. – 3,5 п.л., с.27-85