Вход / Регистрация

Всё, что вы хотели знать о представительстве, но не знали, у кого спросить

13 июня 2016

Сергей Будылин

С заявлением о государственной регистрации права федеральной собственности на спорный земельный участок обратились Некрасова Л.К. по доверенности ..., выданной Глазковым А.Н. – главой администрации Каринского сельского округа, и сам Глазков А.Н. по доверенности, выданной самому себе.

Я тут книжку хорошую прочитал (похвастаюсь – с дарственной надписью от авторов!).Снимок

Егоров А.В., Папченкова Е.А., Ширвиндт А.М. Представительство: исследование судебной практики. М.: Статут, 2016. 383 c.

Думаю, в этой книге есть все, что вы когда-либо захотите знать о представительстве в российском праве, плюс еще кое-что сверх того. Помимо обсуждения новелл законодательства и судебной практики, там есть еще и обсуждение спорных моментов, не разрешенных толком российским правом, а также некоторый объем компаративного материала.

Например, из этой книги вы наконец узнаете, является ли директор компании ее представителем или нет. :)

Пока читал, рисовал для себя картинки, и вот решил их здесь выложить, может, кому-то покажутся полезными. Картинки, конечно, не исчерпывают содержания книги. Они относятся в основном к соотношению понятий «полномочия», «видимость полномочий», «ограничения полномочий» и «злоупотребление полномочиями».

Далее «Постановление № 25» означает Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25.

***

Как известно, представительство – это правовой феномен, означающий совершение одним лицом (представителем/agent) сделок за другое лицо (представляемого/principal). В силу данного правоотношения (т.е. представительства) такие сделки связывают представляемого, несмотря на то, что он их не совершал. Говорят, что представитель имеет «полномочие» (authority) на совершение данных сделок от имени представляемого.

Согласно ГК (ст. 182), полномочия представителя на совершение сделок от имени представляемого могут возникать одним из трех способов:

  1. предоставляться законом или уполномоченным госорганом;
  2. предоставляться доверенностью (письменным уполномочием);
  3. следовать из обстановки (кассир, продавец и др.).

Закон также упоминает о том, что наряду с доверенностью полномочия могут создаваться договором или решением собрания (п. 4 ст. 185 ГК в редакции 2013 года). Примером может служить письменный договор простого товарищества (п. 2 ст. 1044 ГК). Но когда конкретно в подобных случаях создаются полномочия, остается не вполне ясным.

Нас будет интересовать в основном добровольное представительство (т.е. пункты 2 и 3). В этом случае полномочия возникают в результате волеизъявления представляемого в адрес представителя (предоставление доверенности, допуск к кассе и т.п.).

Спорный вопрос – является ли генеральный директор общества его «представителем» особого рода (к которому применимы не все нормы о представителях), или же это на представитель, а «орган» (к которому некоторые нормы о представителях могут применяться лишь по аналогии). На эту тему правоведы ведут бурные дебаты, законодатель четкой позиции не сформулировал.

Пленум ВС высказался нейтрально, указав, что к органам применяются только отдельные положения главы ГК о представительстве (и явно перечислил эти положения). Соответственно, далее мы будем иногда обсуждать некоторые концепции, относящиеся к представительству, применительно к директорам.

***

В каких случаях сделка, совершенная представителем от имени представляемого (принципала), связывает последнего? На первый взгляд, ответ очень прост и вполне очевиден. Если у представителя есть полномочия (например, зафиксированные в доверенности) на совершение данной сделки от имени принципала, сделка связывает принципала, в противном случае не связывает.

Этот ответ, как может показаться, не должен зависеть ни от каких нюансов отношений между представителем и принципалом, таких как конкретные положения договора поручения и т.п. Данный тезис (независимость представительства от лежащих в его основе правоотношений) известен как «принцип абстракции».

Проиллюстрируем его следующей картинкой.

Рис. 1. Принцип абстракции

Здесь плоскость изображает множество всех возможных сделок, которые потенциально может заключить представитель, а голубой круг – множество сделок, на заключение которых ему даны полномочия. Все сделки внутри голубого круга – и только они – связывают принципала.

Однако все правопорядки знают исключения из этого простого правила (принципа абстракции), с одной стороны, направленные на противодействие злоупотреблениям со стороны представителя, но, с другой стороны, учитывающие и интересы добросовестного контрагента, участвующего в заключенной представителем сделке.

Для того, чтобы разобраться в этих исключениях, введем некоторые дополнительные понятия. Имеет смысл различать внешние и внутренние аспекты представительства.

Как уже говорилось, полномочия возникают в результате изъявления воли принципала представителю. Некоторые аспекты этого волеизъявления доступны третьим лицам, но некоторые аспекты могут быть адресованы только самому представителю. Так, доверенность может предусматривать право представителя продать определенное имущество, а на словах принципал может добавить, чтобы представитель не продавал его дешевле определенной цены.

Российское право считает «полномочиями» лишь те правомочия представителя, которые явлены третьим лицам (скажем, зафиксированы в доверенности). Дополнительные условия, адресованные только представителю (например, зафиксированные в договоре поручения), именуются «условиями осуществления полномочий» или «ограничениями на осуществление полномочий» (ст. 174). В случае нарушения лишь этих внутренних договоренностей считается, что представитель «действует в рамках полномочий», но «вышел за пределы ограничений», что влечет иные последствия, чем «действия без полномочий».

Кроме того, бывает, что представитель вышел за пределы своих полномочий или даже действует вообще без каких-либо полномочий, но у контрагента есть веские основания полагать, что представитель действует в рамках полномочий, причем за эти основания в некотором смысле ответственен сам принципал. Тогда говорят, что у представителя (или, скорее, «псевдопредставителя») нет полномочий, но есть «видимость полномочий». Такой видимости полномочий достаточно, чтобы совершенная псевдопредставителем сделка связывала принципала.

Этого термина («видимость полномочий») нет в ГК, но российское право признает обязательный для принципала характер сделок в нескольких ситуациях такого рода. Например, в случае, когда доверенность была отозвана, но контрагент об этом не знает и не должен знать (п. 2 ст. 189).

Проиллюстрируем спектр возможной степени эффективности полномочий следующей диаграммой.

Рис. 2. Полномочия, внутренние ограничения на полномочия, видимость полномочий

Как в случае выхода за пределы внутренних ограничений, так и в случае выхода за пределы полномочий, сделка может связывать принципала. Однако для признания связывающего характера таких сделок закон предъявляет некоторые дополнительные условия, которые можно обобщенно охарактеризовать как «субъективная добросовестность» контрагента. Кроме того, сделка признается порочной, даже если она лежит в пределах полномочий и внутренних ограничений, но совершена в ущерб принципалу, опять же при субъективной недобросовестности контрагента.

Чтобы лучше проиллюстрировать эти правила, введем два дополнительных измерения на нашей диаграмме.

Рис. 3. Учет «субъективной недобросовестности» контрагента и сделок в ущерб представляемому

Сделки, лежащие справа от вертикальной прямой, совершены при субъективной недобросовестности контрагента (смысл термина уточним далее). Сделки, лежащие ниже горизонтальной прямой, совершены в ущерб принципалу.

Сделки, обозначенные белым цветом, не связывают принципала. Сделки, обозначенные оттенками синего, связывают принципала. Сделки, обозначенные оттенками красного, оспоримы по иску принципала. (Серой зоне, по-видимому, никаких сделок не соответствует.)

***

Давайте теперь подробнее рассмотрим, как регулируются сделки в каждой обозначенной на диаграмме зоне.

Рис. 4. Учет «субъективной недобросовестности» контрагента и сделок в ущерб представляемому (продолжение)

1) Сделка в рамках полномочий

Общее правило состоит в том, что сделка, совершенная представителем в рамках его полномочий, связывает принципала (п. 1 ст. 182 ГК). На нашей диаграмме этому правилу соответствуют зоны 2-3, 6-7.

2) Сделка без полномочий (с превышением полномочий)

Если лицо («псевдопредставитель») действует без полномочий, сделка, по общему правилу, не связывает принципала (ст. 183 ГК). На нашей диаграмме этому правилу соответствуют зоны 11-14.

Однако, согласно ГК, такая сделка признается не недействительной, а заключенной от имени самого псевдопредставителя. Таким образом, контрагент может потребовать исполнения с псевдопредставителя. Вместе с тем принципал может при желании одобрить сделку, и тогда она связывает его с момент заключения. Одобрение может совершаться в том числе и конклюдентными действиями (приемка товара и т.п.).

Это решение российского законодателя является довольно спорным ввиду того, что в результате заключения сделки с неуполномоченным лицом контрагент становится стороной действующего договора, то есть приобретает не только права, но и обязанности по нему перед лжепредставителем, что, возможно, не устраивает контрагента. В 2013 году в ходе реформы ГК проблема была частично решена: контрагенту явным образом дали право отказаться от такой сделки в одностороннем порядке. Это можно сделать как в любой момент до одобрения сделки принципалом, так и после отказа принципала от одобрения (в последнем случае можно еще и взыскать убытки с лжепредставителя) (абз. 2 п. 1, п. 3 ст. 183 ГК).

Данные положения относятся также и к превышению законных полномочий органом юрлица или к сделкам, совершенным «лжедиректором». Ранее практика признавала такие сделки ничтожными, но Пленум ВС распространил на них правила статьи 183 (п. 121-122 Постановления № 25).

Постановление Президиума ВАС РФ от 10.01.2003 № 6498/02

Главбух общества подписал договор купли продажи и акт передачи недвижимости, подделав подпись гендиректора.

Президиум признал договор ничтожным (2003 г.). Однако согласно современной позиции ВС, договор не ничтожен: он возлагает обязанность исполнения (или возмещения убытков) на главбуха, если только контрагент сам не откажется от договора. В свою очередь, общество при желании может договор одобрить и исполнить.

3) Сделка при видимости полномочий

Как уже говорилось, понятие «видимости полномочий» не употребляется в ГК, но там описаны некоторые случаи, когда сделки, совершенные без полномочий, но с видимостью полномочий, связывают принципала. На нашей схеме это зоны 9-10.

Сюда можно отнести случай, когда доверенность отозвана, но контрагент об этом не знал и не должен был знать (п. 2 ст. 189 ГК). Это правило было несколько скорректировано в 2103 году, а также была введена возможность конструктивного уведомления третьих лиц об отзыве доверенности путем публикации (в настоящее время – в газете «Коммерсантъ»).

Сюда же можно отнести случай, когда от имени юридического лица действует лжедиректор, но именно он внесен в ЕГРЮЛ. Тогда сделка с добросовестным контрагентом связывает юрлицо, если только данные в реестр не попали помимо воли последнего (ст. 51, 53 ГК, абз. 2 п. 122 Постановления № 25). Очевидно, и здесь имеется в виду именно субъективная добросовестность контрагента: то, что он не знал и не должен был знать о недостоверности реестра.

То есть «видимость полномочий» связывает принципала только в случае субъективной добросовестности контрагента (левая часть диаграммы).

4) Сделка с нарушением ограничений

Если сделка совершена в рамках полномочий (например, определенных доверенностью), но с нарушением внутренних ограничений (например, договора), эта сделка оспорима по иску принципала, но лишь только в том случае, когда контрагент знал или должен был знать об ограничениях (п. 1 ст. 174 ГК). На схеме это зоны 5 и 8.

То же правило применимо и к случаю, когда законные полномочия органа юридического лица ограничены его учредительными документами. Таким образом, положения устава, ограничивающие объем полномочий директора, – это внутренние ограничения.

Можно сказать, что принципалу требуется доказать субъективную недобросовестность контрагента, хотя этот термин законом не используется. Закон использует этот термин в похожем смысле лишь применительно к недобросовестному приобретателю в норме о виндикации.

Возникает вопрос – а что значит «должен был знать»? Ожидаются ли от контрагента некие действия по активному исследованию вопроса об ограничениях полномочий представителя или же контрагент может ограничиться изучением самой доверенности? В случае директора юрлица, достаточно ли посмотреть на выписку из ЕГРЮЛ или нужно читать устав?

Что касается директора, раньше судебная практика склонялась к тому, что контрагент должен изучить устав юрлица на предмет ограничений полномочий директора. Однако более современная позиция, выраженная Пленумом ВС, состоит в том, что контрагент этого делать не обязан. Согласно Пленуму, положения устава не влияют на права контрагента, кроме случаев, когда последний знал или «заведомо» (что бы это ни значило) должен был знать об ограничениях (п. 22 Постановления № 25).

По-видимому, используя (не совсем корректным образом) словечко «заведомо», Пленум пытается сказать, что контрагенту нет нужды предпринимать активных действий по исследованию вопроса об ограничениях полномочий.

5) Сделка в ущерб принципалу

Если сделка совершена в рамках полномочий, но в ущерб принципалу, она оспорима, если (1) контрагент знал или должен был знать о «явном» ущербе для принципала, либо (2) есть доказательства сговора представителя с контрагентом. То же касается и действий органа (гендиректора) в ущерб интересам юрлица (п. 2 ст. 174 ГК). (Этот пункт был добавлен в 2013 году, ранее ст. 179 регулировала случай «злонамеренного соглашения» представителя с контрагентом.) На схеме это зоны 4 и 8.

Как видим, и здесь для оспоримости сделки требуется недобросовестность контрагента, либо в виде фактического или вмененного знания о «явном» ущербе, либо в виде активных действий в ущерб принципалу.

Используя термин «явный» (ущерб), законодатель, по-видимому, пытается сказать, что контрагент не обязан глубоко исследовать вопрос наличия или отсутствия ущерба: знание об ущербе вменяется контрагенту лишь при очевидном характере ущерба.

Пленум указывает, что признаком «явного» ущерба может служить, например, совершение сделки по цене в «несколько раз» ниже стоимости товара. Однако контрагент, в свою очередь, может доказывать экономически оправданный характер сделки, несмотря на низкую цену (например, она являлась частью взаимосвязанных сделок, в общей сложности выгодных для принципала) (п. 93. Постановления № 25).

Обратим также внимание на не очень техничную попытку законодателя ослабить стандарт доказывания сговора (это доказывание ранее было большой проблемой в практике): не «имел место сговор», а «имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре».

Постановление Президиума ВАС РФ от 11.02.2014 № 14510/13

Директор общества заключил от имени общества договор поручительства с банком по кредиту аффилированной компании. В этот момент общество (поручитель) уже находилось в шатком финансовом состоянии, а впоследствии впало в банкротство. Впоследствии суд отказал банку во включении в реестр кредиторов, ссылаясь на недействительность договора поручительства, который не имел экономической целесообразности для общества и был направлен на уменьшение его имущества.

Президиум направил дело на новое рассмотрение, указав на необходимость исследования вопроса о наличии общих интересов поручителя и заемщиков. Пусть поручительство не влечет выгод для самого поручителя, это не повод считать его недействительным, если в нем был экономический смысл для группы компаний в целом.

***

Добавлю от себя, что в англо-американском праве концепция агентских отношений (agency) несколько отличается от российской концепции представительства.

Что касается обсуждаемых здесь вопросов, следует отметить, что в российском праве для создания представительства волеизъявление принципала должно непременно иметь некие атрибуты, доступные органам чувств третьих лиц (а именно, таким атрибутами могут быть доверенность или обстановка). В связи с этим российское право видит разницу между полномочиями представителя (в том объеме, как они явлены контрагентам) и «урезанными» полномочиями представителя, ограниченными его договоренностями с принципалом (известными самому представителю, но не обязательно контрагентам). На вышеприведенной схеме полномочия и «урезанные» полномочия были обозначены двумя концентрическими кругами (просто голубым и темно-голубым, соответственно).

«Видимость полномочий» в российском праве признается в тех редких случаях, когда упомянутые явленные третьим лицам атрибуты волеизъявления принципала налицо, но в настоящий момент времени они не соответствуют воле принципала (отозванная, но не возвращенная доверенность и др.). На схеме это был бледно-голубой круг.

Отмечу, что полномочия из обстановки следует отличать от видимых полномочий. В первом случае полномочия есть, несмотря на то, что доверенности нет (кассир, продавец, кладовщик). Во втором случае полномочий нет, но сделка все равно связывает принципала (отозванная, но не возвращенная доверенность).

В отличие от российского права, в англо-американском праве полномочия создаются просто волеизъявлением принципала агенту (agent), независимо от знания о них третьих лиц. Таким образом, полномочия возникают независимо от наличия или отсутствия, например, доверенности. Поскольку нет противопоставления доверенности и договора между агентом и принципалом, то, соответственно, нет и понятия «ограничения полномочий договором с агентом». Полномочия (authority) – это именно то, что предусмотрено договоренностями с агентом. А вот видимые полномочия (apparent authority) – это то, что явлено контрагенту. И это совсем не обязательно доверенность, достаточно устного сообщения и т.п.

В основе концепции видимых полномочий лежит правило права справедливости (equity), известное как «эстоппель из заверения» (estoppel by representation). Соответственно, видимые полномочия имеют правовой эффект лишь при наличии условий действия эстоппеля. А именно, если принципал заверил контрагента, что у агента есть полномочия, и контрагент, добросовестно полагаясь на это заверение, изменил свою позицию к своей невыгоде (в данном случае совершил сделку), то принципал потом не может ссылаться на то, что полномочий не было (даже если их фактически не было).

Видимые полномочия у англосаксов действуют не в редких случаях, а сплошь и рядом, иногда совпадая, а иногда не совпадая с фактическими полномочиями. Так, если фирма выдала сотруднику визитки с надписью «агент по продажам», то, скорее всего, у него возникнут (при предъявлении визитки контрагенту) видимые полномочия на заключение сделок по продаже товаров фирмы, даже если руководство строго-настрого запретило ему совершать такие сделки.

Таким образом, у англосаксов на схеме будет не три круга, а два.

Рис. 5. Полномочия и видимые полномочия по английскому праву

Если агент при заключении сделок нарушил свои фидуциарные обязанности, при определенных условиях сделка, как и у нас, может быть аннулирована (rescission). Но об этом в другой раз...

Закон.ru - первая социальная сеть для юристов