Вход / Регистрация

Вопрос о плате за досрочное погашение кредита

22 января 2016

В практике возникает множество вопросов, связанных с взиманием банками с заемщиков платы за досрочный возврат кредита. Например:

  1. Платой за пользование кредитом или платой за досрочный возврат будет повышенная процентная ставка, установленная договором на период времени, за который заемщик должен предупредить банк о намерении досрочно возвратить кредит?
  2. Правомерно ли в договоре предусмотреть комбинированную плату за пользование кредитом - дополнительно к процентам взимать фиксированный платеж, который не подлежит пересчету в случае досрочного возврата кредита?
  3. Необходимо ли банку обосновать размер платы за досрочный возврат кредита или пункт 3 статьи 310 ГК РФ не предусматривает возможность ее снижения судом?

Эти и другие вопросы обсудили 15 декабря 2015 года представители юридической науки и банковского сообщества в ходе научно-практической конференции: «Кредит и связанные сделки: практические последствия грядущей реформы», организованной Исследовательским центром частного права имени С.С. Алексеева при Президенте РФ, Школой правой «СТАТУТ» и «Правовым лекториумом Lextorium.ru».

Так, относительно повышения процентной ставки, в случае заявления заемщиком о предстоящем досрочном погашении кредита, представители банков высказали позицию, что такую ставку следует признавать платой за пользование кредитом, которую стороны установили, воспользовавшись правом на изменение условий договора. С этой позицией не согласился Егоров А.В., который указал, что поскольку изменение ставки обусловлено именно заявлением заемщика о досрочном возврате кредита, то разницу в процентных ставках следует квалифицировать в качестве платы за такой отказ.

Относительно вопроса о возможности взиманиям фиксированного платежа за пользование кредитом, который полностью остается у банка, в случае досрочного возврата кредита, мнения участников конференции также разделились. Представители банковского сообщества посчитали, что такое условие допустимо в договорах с предпринимателями, которые имеют возможность оценить стоимость получаемого кредита. Однако Егоров А.В., в частности указал, что в данном случае имеет место фиксация в твердой сумме процентов за время кредитования, которая подлежит пропорциональному снижению в случае изменения периода пользования кредитом. По его мнению, которое также поддержал Сарбаш С.В., взимание платы за пользование кредитом за то время, в котором такового не происходило, запрещено. Однако с последней позицией не согласился Бевзенко Р.С., который считает, что ГК РФ предусматривает такую возможность.

Большую дискуссию вызвало обсуждение вопроса о том, препятствует ли суду снизить размер платы за досрочный возврат кредита новый пункт 3 статьи 310 ГК РФ. Так, представители банков отметили, что квалифицировать такую плату в качестве убытков, понимаемых как меру ответственности, не корректно, т.к. в данном случае нет нарушения со стороны заемщика. Кроме того, банкам зачастую сложно представить суду расчет суммы упущенной выгоды в связи с досрочным погашением конкретного кредитного договора. В связи с этим банки предлагают считать, что в данном случае заемщик не возмещает банку убытки, а платить за само согласие банка на выход заемщика из договора. Однако Подберезняк Е. при этом отметила, что в международной банковской практике плата за выход из договора не отождествляется с платой, уплачиваемой заемщиком в качестве компенсации убытков – это два самостоятельных вида платежей.

По мнению Сарбаша С.В. российские суды будут оценивать размер взимаемой платы за досрочный возврат кредита и пункт 3 статьи 310 ГК РФ им этому не препятствует. В случае явно необоснованного размера платы суды, во-первых, могут признать в этой части договор притворной сделкой, прикрывающей заранее оцененные убытки, подлежащие снижению, а во-вторых, применить статью 428 ГК РФ и постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в части блокирования несправедливых договорных условий. В связи с этим банкам было рекомендовано не провоцировать формирование отрицательной судебной практики, устанавливая завышенные размеры платы досрочный возврат кредита, а также минимизировать свои риски, оговаривая в договорах не определенный, а определяемый размер платы, который рассчитывать с учетом рыночной ситуации, времени оставшегося до конца действия договора и т.п.

В свою очередь Егоров А.В. отметил, что, видимо, следует признать возможность взимания платы за сам факт согласия другой стороны договора на то, что без ее согласия вообще не имел права совершить контрагент. Более того, такую возможность следовало бы признать не только в отношении кредитного договора, а в качестве универсального правила.