Директора могут заставить обосновывать целесообразность его командировок по стране и за границу (а вы говорите business judgment rule!)

Часто бывает, что к корпоративной ответственности директоры пытаются привлекать конкурсные управляющие при банкротстве компании. Причём «шерстят» потом всё подряд. Бывает и такое, что директору «припоминают» поездки в командировки за границу и по стране.

17 ноября 2021 г., 09:00
222
4 минуты на прочтение
Теги по этой теме:

Пример в Постановлении АС Московского округа от 24 марта 2021 г. по делу N А41-98291/18.

Половину убытков, взысканных с директора, составили суммы, которое третье лицо сняло с корпоративной карты (директора признали виновным в том, что он не вернул эти деньги и не заблокировал карту).

Вторая половина состояла из затрат на командировки в г. Ростов-на-Дону, Ижевск, Казань и др. Общая сумма затрат на командировки составили 198 тыс. руб. Суд сослался на то, что в соответствии с пунктом 3 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации в 2017 году существовало ограничение в размере 700 руб. за день командировки, следовательно, даже если командировка длится календарный месяц, сумма выплаты не может превышать 16 800 руб. за 24 рабочих дня в календарном месяце. Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что размер командировочных выплат не соответствует установленному, а выплаченные за период командировки суммы также облагаются НДФЛ, как доход физического лица, в то время как выписка о движении денежных средств ООО «Виста» не содержит сведений об уплате с полученных Медведевым П.С. сумм налога на доходы физических лиц и прочих социальных налогов.

Затрат на командировки в г. Ростов-на-Дону, Ижевск, Казань и т. п. составили 198 тыс. руб., суд сослался на то, что в соответствии с пунктом 3 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации в 2017 году существовало ограничение в размере 700 руб. за день командировки, следовательно, даже если командировка длится календарный месяц, сумма выплаты не может превышать 16 800 руб. за 24 рабочих дня в календарном месяце. Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что размер командировочных выплат не соответствует установленному, а выплаченные за период командировки суммы также облагаются НДФЛ, как доход физического лица, в то время как выписка о движении денежных средств ООО «Виста» не содержит сведений об уплате с полученных Медведевым П. С. сумм налога на доходы физических лиц и прочих социальных налогов.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что направление генерального директора в указанные командировки (в г. Ижевск, г. Ростов-на-Дону, г. Казань, г. Санкт-Петербург) было непосредственно связано с деятельностью ООО «Виста» (ведение переговоров, заключение договоров, передача или получение товара), а также отсутствуют доказательства реального осуществления Обществом «Виста» хозяйственной деятельности в данных регионах (наличие представительств и филиалов, складских помещений, обсоленных подразделений и т. п.).

Апелляционный суд также установил, что в июле 2017 года бывшим руководителем ООО «Виста» за счет средств общества приобретены билеты в город Рим общей стоимостью 30 352 руб., осуществлена оплата отеля на сумму 103,5 евро. Также Медведевым П. С. приобретен авиабилет в г. Астану (Казахстан) 24.04.2017 и обратный билет в г. Москву 26.04.2017 стоимостью 32 360 руб.

В этой связи суд апелляционной инстанции отметил, что по имеющимся сведениям о деятельности должника, им не осуществлялась деятельность на территории иных государств, кроме Российской Федерации.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что Медведевым П. С. не обоснована и не подтверждена связь расходов на поездки за границу с деятельностью ООО «Виста», что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что бывшим руководителем должника Медведевым П. С. совершались действия, которые не отвечали интересам общества.

А вообще это дело — типичный пример подмены корпоративной ответственностью ответственности перед кредиторами, что в общем-то делать неправильно. В данном случае директор, которого в конечном итоге привлекли к ответственности на 16,5 млн. рублей (при РТК в 39 млн.), являлся одновременно учредителем со 100% долей участия, т. е. корпоративную ответственность перед своей компанией нести не мог. У него могла быть только банкротная ответственность (она же субсидиарная, но там нужен самостоятельный деликт — доведение до банкротства или несвоевременная подача на банкротство, ни то, ни другое в данном деле не устанавливалось), либо ответственность за сознательное ущемление интересов кредиторов (то бишь деликтная за вторжение в чужие договорные отношения). Фактически суды так и сказали:

«Также суд исходил из того, что Медведев П. С., как директор и учредитель, знал о том, что его действия (бездействие) на момент совершения сделки по списанию с расчетного счета должника за период с 26.01.2016 по 08.06.2018 денежных средств в размере 8 564 209,80 руб. не отвечали интересам юридического лица, учитывая, что в указанный период у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами ООО «БизнесСтрой» и ООО «Корпорация «АТТА ГРУПП“»

И исковую давность суд применил не классическую, корпоративную, а банкротную, рассчитав её с момента назначение конкурсного управляющего.

Поэтому обоснование для взыскания убытков обоснование должно было быть более точным. Почему это так, и как правильно квалифицировать разные виды ответственности директора, разбирается в записи курса Лексториума по корпоративной ответственности, который закончился недавно. Всем рекомендуем с ним ознакомиться.

Онлайн-курс (запись) по теме

Андрей Егоров
Мы используем куки на нашем сайте. Продолжая просмотр, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения
Пожалуйста, подождите. Процесс оформления заказа может занимать до 30 секунд.